Елена Демидова о терапии сексуальной травмы без ретравматизации

— Елена, почему для терапевта так важно понимать нейробиологию травмы, прежде чем начинать работу с сексуальным насилием?

Елена:Представьте себе человека с травмой: его мозг «застрял» в прошлом, в моменте угрозы. Первыми в бой идут лимбическая система и миндалевидное тело — то, что отвечает за выживание. А рациональный, успокаивающий неокортекс в этот момент просто отключается. Поэтому попытки провести анализ травмы на первой же сессии не успокоят, а только усугубят состояние и приведут к ретравматизации. Сначала нужно обеспечить физическую и эмоциональную безопасность, создать атмосферу доверия — словом, заложить фундамент. Например, самые безопасные протоколы (TF-CBT и другие) всегда имеют начальную фазу стабилизации.

— Какие самые распространённые ошибки совершают коллеги, особенно начинающие, в работе с этой темой?

Елена: Самая главная и печальная ошибка — погружаться в проработку травмы без предварительной стабилизации, буквально заставляя клиента рассказывать всё в деталях на первой же сессии. Это верный путь к ретравматизации и уходу клиента из терапии.

Вторая ошибка — самому тонуть в этих тяжёлых переживаниях, теряя профессиональную позицию. Поэтому я всегда подчёркиваю: сначала укрепить клиента, дать ему инструменты совладания, помочь снять остроту симптомов, а уже потом, когда он будет готов, аккуратно переходить к переработке травмирующих воспоминаний. Существуют руководства по лечению ПТСР, и они настоятельно рекомендуют такую поэтапную, осторожную работу.

— Как выстроить безопасный первый контакт, когда клиенту трудно или страшно говорить?

Елена: Первая и самая важная вещь — это позиция принятия и возвращение контроля клиенту. Я начинаю не с расспросов о травме, а со слов: «Расскажите настолько, насколько вам сейчас безопасно и комфортно. Мы никуда не спешим». Также полезно просто и ясно рассказать клиенту, как работает травма: объяснить, почему возникают навязчивые образы, избегание и эмоциональные качели.

Правильно построенное психообразование само по себе обладает мощным терапевтическим эффектом — оно возвращает чувство понятности и контроля.

— А что делать, если клиент приходит в острой фазе: например, после недавнего изнасилования? Какова первая помощь?

Елена:Сначала комплексно оценить риск и стабильность: есть ли мысли о суициде? Есть ли поддержка от близких? Надёжное ли окружение? Затем сфокусироваться на физическом и эмоциональном здоровье прямо сейчас.

На этом этапе категорически нельзя применять дебрифинг или требовать подробного рассказа о травме — исследования показывают, что такое раннее экстренное вмешательство может принести больше вреда, чем пользы. Приоритет — это безопасность, создание доверия, возможно, направление к психиатру для медикаментозной стабилизации, если это необходимо.

— Как использовать психообразование, чтобы не навредить?

Елена:Давать информацию о травме, избегая детальных описаний самого пугающего события. Говорить о типичных симптомах — нарушениях сна, навязчивых образах, вспышках гнева, потере интереса к жизни — нормализуя этот опыт. И обязательно объяснять, как работает память во время травмы: почему одни детали могут быть кристально чёткими, а другие начисто стёрты. Понимание этого снимает у клиента чувство стыда и ощущение, что он «ломаный» или «сумасшедший».